16+
Герб
Рекламный баннер 980x90px unterhead
Архив
Рекламный баннер 300x200px left-1
Мы в соцсетях
Рекламный баннер 300x600px left-2
Рекламный баннер 300x60px right-1
Рекламный баннер 300x60px right-2

С красивыми открытками, с букетами и тёплыми словами мамам прошёл День матери. Время неумолимо к нашим мамам. Когда-то они остаются лишь самыми светлыми и печальными воспоминаниями. А ведь они дарили нам радость и смех, добро и любовь

С красивыми открытками, с букетами и тёплыми словами мамам прошёл День матери. Время неумолимо к нашим мамам. Когда-то они остаются лишь самыми светлыми и печальными воспоминаниями. А ведь они дарили нам радость и смех, добро и любовь
2020-12-02
1996
Наверное, они рассказывали вам истории своей жизни -смешные и не очень.
Не хотите поделиться ими?

Сегодня с нами делится воспоминаниями о маме Ирина Петровна Серебренникова. Делает она это очень красочно, мастерски, с пудожским диалектом!

Показать полностью...
Не так давно, в нашей районной газете «Пудожский вестник» была объявлена рубрика «Семейная реликвия», на одном из фото я увидела маленькую дамскую сумочку и говорилось, что сейчас подобную называют - клатч. Есть и в нашей семье похожая сумочка. Мы её называли мамин ридикюль. А хранились в этом ридикюле ценные мамины документы: комсомольский билет, удостоверение депутата сельского совета, ну и само собой, документ, удостоверяющий личность - паспорт. Да, ещё календарь – книжечка 1963 года. Это тот год, когда я родилась.
Из ридикюля чувствовался застаревший, но всё ещё стойкий запах духов «Красная Москва».
И вот вспомнилось мне, из маминых, конечно же, рассказов, как она приехала в далёком 1955 году после распределения Костромского сельскохозяйственного института в Карелию, а именно в Пудожский район деревню Киково поднимать сельское хозяйство. А было у молодого зоотехника два чемодана добра. В первом чемодане справочники по зоотехнии и почему- то роман Льва Толстого «Анна Каренина». Я потом часто у неё спрашивала: «Почему именно «Анна Каренина», любимая книга что ли?» Наверно для молодой девушки больше бы подходили томики с лирикой Бунина или Тургенева. Но мама улыбалась каким-то своим воспоминаниям и от меня отмахивалась: «Да никакая не любимая». Я решила, что это ценный подарок, тем более, что книга была в красивом переплёте и до сих пор она стоит в книжном шкафу нашего деревенского дома. Во втором чемодане вышивки, разноцветные нитки мулине, ну и как полагается – наряды. А наряды были действительно завидными, мама гордо вспоминала что, когда она кружилась в вальсе в поселковом клубе, местные девчата тайком срисовывали модели её модных платьев. А шились эти платья, её мамой Анной Андреевной, которая была искусной портнихой. Жили родители на станции Фалёнки Кировской области. Тёплые вещи и прочее обмундирование присылалось родителями по почте посылками и бандеролям. Определили молодого зоотехника Зою Сатюкову на «фатеру» к нестарой ещё, статной женщине Марии Павловне. Зоя много раз бывавшая на практике в Костромской области с удивлением, и даже ужасом вспоминала, что люди мылись там в русских печках. Поэтому при знакомстве со своей новой хозяйкой, она возьми, да и спроси: «А бани, тут у вас есть?» Мария Павловна всплеснула руками: «Девка, да ты что, как же русскому без бани?» И тут квартирантка, ещё больше огорошила хозяйку: «А что, разве здесь русские люди живут, Карелия же». Мария Павловна, поджав губы замолчала, затем оглядев с ног до головы незадачливую молодую зоотехникшу, недовольно спросила: «А сама то, ты русская ли будешь?»
Отведена была квартирантке маленькая, уютная и тёплая комнатка с видом на лес. Зоя первым делом, начала наводить уют в своём незатейливом новом жилище. Поставила чемодан на чемодан, накинула салфетку, сверху водрузила зеркало, чем не комод? Позже, уже была приобретена деревянная этажерка для книг. Ну и конечно, стала развешивать свои яркие вышивки по стенам. За этим занятием и застала её хозяйка дома, которая, прежде чем войти в комнату, деликатно постучала. Она стала рассматривать вышивки, на которых красовались разные сюжеты, выполненные крестиком и гладью, схемы которых были перерисованы из разных журналов и заимствованы у подруг. Здесь были и столичный кремль, васнецовская Алёнушка, сказочный домик, укутанный снегом, два голубка, смотревшие друг на друга и многое другое. Мария Павловна выразила своё восхищение яркими картинками, а когда услышала, что это вышивки, недоверчиво покачала головой и сказала: «Ой манишь ты, девка». С детства она видела другую вышивку. В каждом доме хранились и использовались, расшитые красными нитками на белом фоне полотенца, станушки, подзоры. И любая, уважающая себя хозяйка, вышивала, ткала, пряла. Сейчас исследователями старины высоко оценена традиционная пудожская вышивка с её ритуальными узорами, львами и птицами счастья. А для наших бабушек и прабабушек окружать себя такими вещами было привычном делом. Поэтому то и для Марии Павловны вышивки-картины стали большим удивлением. Тем более что, моя мама Зоя Сатюкова делала это виртуозно. На всю жизнь сохранила она страсть к ниткам мулине. Показывая очередные купленные ею нитки, говорила: «Посмотри, это очень редкий цвет, бывает, что никак не найти нужных оттенков и переходов». К моему сожалению, ко мне так и не перешло её умение и любовь к рукоделию. А Мария Павловна с гордостью потом всем соседям показывала мамины работы, водила экскурсии по её маленькой комнатке, но не позволяла ничего трогать. Говорила: «Замараете. Квартирантка то моя, ишь что вытворяет».
Позже, Мария Павловна стала моей бабушкой, но это уже совсем друга история. Наверное, они рассказывали вам истории своей жизни -смешные и не очень.
Не хотите поделиться ими?

Сегодня с нами делится воспоминаниями о маме Ирина Петровна Серебренникова. Делает она это очень красочно, мастерски, с пудожским диалектом!

Показать полностью...
Не так давно, в нашей районной газете «Пудожский вестник» была объявлена рубрика «Семейная реликвия», на одном из фото я увидела маленькую дамскую сумочку и говорилось, что сейчас подобную называют - клатч. Есть и в нашей семье похожая сумочка. Мы её называли мамин ридикюль. А хранились в этом ридикюле ценные мамины документы: комсомольский билет, удостоверение депутата сельского совета, ну и само собой, документ, удостоверяющий личность - паспорт. Да, ещё календарь – книжечка 1963 года. Это тот год, когда я родилась.
Из ридикюля чувствовался застаревший, но всё ещё стойкий запах духов «Красная Москва».
И вот вспомнилось мне, из маминых, конечно же, рассказов, как она приехала в далёком 1955 году после распределения Костромского сельскохозяйственного института в Карелию, а именно в Пудожский район деревню Киково поднимать сельское хозяйство. А было у молодого зоотехника два чемодана добра. В первом чемодане справочники по зоотехнии и почему- то роман Льва Толстого «Анна Каренина». Я потом часто у неё спрашивала: «Почему именно «Анна Каренина», любимая книга что ли?» Наверно для молодой девушки больше бы подходили томики с лирикой Бунина или Тургенева. Но мама улыбалась каким-то своим воспоминаниям и от меня отмахивалась: «Да никакая не любимая». Я решила, что это ценный подарок, тем более, что книга была в красивом переплёте и до сих пор она стоит в книжном шкафу нашего деревенского дома. Во втором чемодане вышивки, разноцветные нитки мулине, ну и как полагается – наряды. А наряды были действительно завидными, мама гордо вспоминала что, когда она кружилась в вальсе в поселковом клубе, местные девчата тайком срисовывали модели её модных платьев. А шились эти платья, её мамой Анной Андреевной, которая была искусной портнихой. Жили родители на станции Фалёнки Кировской области. Тёплые вещи и прочее обмундирование присылалось родителями по почте посылками и бандеролям. Определили молодого зоотехника Зою Сатюкову на «фатеру» к нестарой ещё, статной женщине Марии Павловне. Зоя много раз бывавшая на практике в Костромской области с удивлением, и даже ужасом вспоминала, что люди мылись там в русских печках. Поэтому при знакомстве со своей новой хозяйкой, она возьми, да и спроси: «А бани, тут у вас есть?» Мария Павловна всплеснула руками: «Девка, да ты что, как же русскому без бани?» И тут квартирантка, ещё больше огорошила хозяйку: «А что, разве здесь русские люди живут, Карелия же». Мария Павловна, поджав губы замолчала, затем оглядев с ног до головы незадачливую молодую зоотехникшу, недовольно спросила: «А сама то, ты русская ли будешь?»
Отведена была квартирантке маленькая, уютная и тёплая комнатка с видом на лес. Зоя первым делом, начала наводить уют в своём незатейливом новом жилище. Поставила чемодан на чемодан, накинула салфетку, сверху водрузила зеркало, чем не комод? Позже, уже была приобретена деревянная этажерка для книг. Ну и конечно, стала развешивать свои яркие вышивки по стенам. За этим занятием и застала её хозяйка дома, которая, прежде чем войти в комнату, деликатно постучала. Она стала рассматривать вышивки, на которых красовались разные сюжеты, выполненные крестиком и гладью, схемы которых были перерисованы из разных журналов и заимствованы у подруг. Здесь были и столичный кремль, васнецовская Алёнушка, сказочный домик, укутанный снегом, два голубка, смотревшие друг на друга и многое другое. Мария Павловна выразила своё восхищение яркими картинками, а когда услышала, что это вышивки, недоверчиво покачала головой и сказала: «Ой манишь ты, девка». С детства она видела другую вышивку. В каждом доме хранились и использовались, расшитые красными нитками на белом фоне полотенца, станушки, подзоры. И любая, уважающая себя хозяйка, вышивала, ткала, пряла. Сейчас исследователями старины высоко оценена традиционная пудожская вышивка с её ритуальными узорами, львами и птицами счастья. А для наших бабушек и прабабушек окружать себя такими вещами было привычном делом. Поэтому то и для Марии Павловны вышивки-картины стали большим удивлением. Тем более что, моя мама Зоя Сатюкова делала это виртуозно. На всю жизнь сохранила она страсть к ниткам мулине. Показывая очередные купленные ею нитки, говорила: «Посмотри, это очень редкий цвет, бывает, что никак не найти нужных оттенков и переходов». К моему сожалению, ко мне так и не перешло её умение и любовь к рукоделию. А Мария Павловна с гордостью потом всем соседям показывала мамины работы, водила экскурсии по её маленькой комнатке, но не позволяла ничего трогать. Говорила: «Замараете. Квартирантка то моя, ишь что вытворяет».
Позже, Мария Павловна стала моей бабушкой, но это уже совсем друга история.
Оставить сообщение